Главная » 2016 » Декабрь » 24 » Восхождение к вершине «Эльбруса»

Восхождение к вершине «Эльбруса»

24.12.2016 в 23:36 просмотров: 610 комментариев: 0 Из коробки

Мы выросли в тени ядерного гриба. И даже успели забыть, что все еще находимся в ней. Правда, за годы «разрядки» она немного поредела, эта тень, но вряд ли когда-нибудь исчезнет совсем. А были времена, когда слово «война» означало только одно – обмен ядерными, непременно ядерными ударами. Для такой «обыденной» войны в 1950-е годы сверхдержавы активно создавали сверхоружие. Атомный заряд должен был нести чуть ли не каждый образец вооружения. И если «атомные пули» из космической оперы «Звездные короли» Э. Гамильтона так и остались фантастикой, то американские атомные пушки М65 у наших границ были вполне себе осязаемы. Симметричный ответ от СССР, как правило, не задерживался - «выпустить ядерного джина» мог и командующий фронтом, и даже командарм. Одним словом, «конец света» был вполне реален и предсказуем.

К «колесницам Апокалипсиса» фронтового звена относится и герой нашего сегодняшнего повествования – стартовый агрегат 2П19 с ракетой 8К14 (Р-17) на борту - элементы мобильного комплекса 9К72. Создавали эту передвижную стартовую позицию в конце 1950-х на замену аналогичному комплексу с ракетой Р-11. При схожих габаритах, Р-17 отличало наличие реактивного двигателя с турбонасосным агрегатом (ТНА). К слову, малогабаритный ТНА - чуть ли не самый сложный и ответственный элемент ракеты. Его задача – подавать в камеру сгорания горючее и окислитель (в нашем случае - азотную кислоту). В действие ТНА приводит газогенератор – собственный маленький реактивный двигатель, а скорость вращения турбины и крыльчаток насосов достигает 23000 оборотов в минуту (380 оборотов в секунду!) Предшественница - ракета Р-11 - летала с вытеснительной системой подачи топлива: в камеру сгорания компоненты подавались, будучи выдавливаемы из баков газовыми подушками. Значительное избыточное давление газа (30 атмосфер) заставляло делать стенки баков толстыми и, как следствие – тяжелыми, что приводило к уменьшению дальности полета.

Переход к двигателю с ТНА избавил ракету от лишней массы, а пониженное давление наддува баков стало приносить пользу – их относительно тонкие несущие стенки, подпертые изнутри пятью атмосферами, не теряли устойчивости («не прогибались») в полете. (Нагляднее всего поведение наддутого ракетного бака моделирует еще не вскрытая пластиковая бутылка с газированной водой). В итоге, при почти одинаковых габаритах ракет, дальность полета Р-17 достигала 300 км, в то время как у Р-11 с ядерной БЧ достигала - всего 150 км.

Но мы несколько забежали вперед - до точки старта еще нужно «доехать», ведь комплекс-то мобильный… Причем «едет» не один стартовый агрегат, а целая вереница спецмашин. В том числе и автомобиль-топопривязчик. Его задача - определить географические координаты точки, из которой будет произведен пуск ракеты. Размещенный «на точке» стартовый агрегат переводится из походного положения в боевое – поднимается мачта с ракетой и стартовым столом, подсоединяются электроразъемы и (внимание!) в топливную магистраль вкачивается 40 литров пускового горючего (от горючего маршевого стартовое отличается тем, что способно самовоспламеняться при смешивании с окислителем). Стяжки, удерживающие стартовый стол, снимаются, и стартовая мачта возвращается в горизонтальное положение. Теперь ракета стоит на стартовом столе, удерживаемая только четырьмя штифтами в стабилизаторах.

Стрельба баллистической ракетой выполняется всегда по одному и тому же алгоритму. Через точку А (пусковая установка), точку Б (цель) и центр масс Земли проводится мысленная плоскость, в которой и будет проходить полет ракеты. Это - плоскость стрельбы. Сама ракета хоть и выглядит с торцов «круглой и симметричной», но конструктивно тоже «размечена» двумя продольными плоскостями, именуемыми «плоскость I – III» и «плоскость II – IV». Римские цифры, так сложилось исторически, обозначают номера стабилизаторов. Вращающийся погон стартового стола позволяет развернуть ракету вокруг вертикальной оси таким образом, чтобы «стабилизатор I» был направлен на цель. Доворот этот у ракет первых поколений, в том числе и у Р-17, осуществлялся вручную, «современные» же ракеты доворачиваются в плоскость стрельбы уже после выхода из стартового контейнера или из-под воды. Параллельно, в соответствии с дальностью до цели, нужно запрограммировать время работы двигателя - «длительность активного участка».

Система управления ракетой Р-17 автономная программная инерционная. Это значит, что после запуска управлять ее полетом с земли невозможно – даже команду на аварийный самоподрыв в случае нештатной работы двигателя ракета даст «сама себе». Отдаленно это похоже на работу программного устройства стиральной машины, только в двух информационных потоках. 1-й информационный поток «курируется» автоматом стабилизации, который обеспечивает:

а) отработку траектории полета (первые 3 секунды ракета летит вертикально; далее следует криволинейный участок (45 секунд) и прямолинейный наклонный участок (под углом 45 градусов к поверхности Земли, до 65-й секунды); после отсечки тяги ракета летит «по параболе» как свободно брошенное тело).

б) стабилизацию, то есть компенсацию возмущающих атмосферных воздействий, пытающихся отклонить ракету от программной траектории (всякий летавший в самолете знает, как бывает «потряхивает», особенно вблизи земли).

2-й информационный поток обрабатывается автоматом управления дальностью, который подает команду на выключение двигателя при достижении скорости, соответствующей заданной дальности стрельбы (отсечка подачи топливных компонентов и продувка камеры сгорания сжатым воздухом). Команда на отсечку тяги Р-17 может пройти уже на 43 секунде полета.

Как видите, ракета достаточно «умная», тем не менее, рубка стартового агрегата плотно «набита» шкафами с приборами. Прежде, чем будет нажата кнопка «пуск» и электоимпульс приведет в действие пиропатрон запуска двигателя и активирует бортовую ампульную батарею, аппаратура ракеты должна пройти многоэтапные проверки. Почти все приборы как раз и предназначены для предстартовых испытаний систем. Например, самый большой «ящик» по правому борту, состоящий из трех блоков, называется «пост управления 2В12» (мы не обидимся, если вы не сможете до конца дочитать следующий абзац; но тем сильнее будет наше общее уважение к объему прикладных знаний офицеров-ракетчиков).

Итак, элементы первого блока предназначены для включения питания приборов системы управления, контроля напряжения преобразователей, проверок и настройки интегратора продольных ускорений, контроля контактов реле генеральных испытаний, проверки временных механизмов, контроля наличия I и II ступеней предохранения в аппаратуре головной части ракеты. В блоке №2 размещены элементы, позволяющие переводить схему из испытательного положения в боевое, заправлять ракету пусковым горючим, задействовать ампульные батареи, имитировать старт ракеты, производить пуск ракеты и выключать двигатель в случае отмены старта. Элементы третьего блока проверяют статические и динамические параметры автомата стабилизации, работу гироприборов, исправность цепей пиропатронов и сигнализаторов давления…

Пролетев положенные километры, ракета возвращается в плотные слои атмосферы и подобно стреле «падает» на цель - головная часть у Р-17 не отделяется. И если на активном участке траектории главную роль в управлении играют газовые рули, то для конца пассивного участка актуальны именно аэродинамические стабилизаторы.

Остатки топлива в баках создают дополнительный разрушающий эффект при подрыве боеголовки. Разумеется, при использовании ядерной боевой части его уже можно не учитывать, но в истории боевых пусков Р-17 случаев стрельбы с ЯБЧ отмечено не было. Напротив, из-за значительного кругового вероятностного отклонения – порядка полукилометра – каждый джоуль в дополнение к взрыву фугасной боевой части оказывается нелишним…

Комплекс 9К72 на гусеничном шасси 2П19 эксплуатировался параллельно с колесным вариантом 9П117 на автомобиле МАЗ, созданным на несколько лет позже, но гораздо более известным по репортажам из многочисленных горячих точек. Именно за колесной версией закрепилось в сознании соотечественников как «имя собственное» натовское обозначение SCUD, благо советская привычка «секретить» все подряд не способствовала популяризации его настоящего названия – «Эльбрус».

О моделях колесных «Эльбрусов» журнал писал неоднократно, сегодня же пришла очередь рассказать о SCUDе гусеничном, ставшем очередным «сюрпризом» от главного популяризатора советской боевой техники в мире – китайской фирмы Trumpeter.


Полный текст статьи читайте в журнале М-Хобби №1/2017 г.

М-Хобби №1/2017
Фотографии по теме
Комментарии 0
Имя *:
Email:
Подписка:1
Код *:
Copyright © 2016 М-Хобби. Design created by ATHEMES